"Газета "Богатей"
Официальный сайт

Статья из № 50 (329) от 22.12.2005

Журналистика граждан

Александр СВЕШНИКОВ

По следам только что прошедшего в Саратове, в рамках 3–го форума социальных и культурных проектов, разговора о гражданском обществе и гражданской журналистике, хочется поделиться своим видением этой проблемы.

Как ни прискорбно в год двадцатилетия гласности это сознавать, но гражданской журналистики у нас как не было, так и нет. И тому есть масса причин. Гражданская журналистика востребована таким обществом, которое само по себе является гражданским. Но может ли быть сегодня гражданским общество, которое дважды проголосовало за главу государства, поставившего своей целью уничтожить остатки демократии в стране, в том числе и свободу слова? Может ли называться гражданским общество, где свобода, пусть и дарованная сверху, большинством понята не как возможность реализовать свои способности, а как вседозволенность? Может ли называться гражданским общество, 70 процентов граждан которого голосуют за ограничение свободы средств массовой информации? Может ли называться гражданским общество, социальные институты которого насквозь коррумпированы, где процветает организованная преступность и казнокрадство во всех эшелонах власти? В таком обществе нет и не может быть гражданской журналистики, потому что нынешнему обществу она не нужна.

С другой стороны, гражданская журналистика не может существовать без свободы слова и свободы прессы. Формально это сегодня есть и обеспечено законодательно. Однако эту свободу, на мой взгляд, следует трактовать прежде всего не как юридическую, а как нравственную категорию, исходя из философского понимания ее как стремления человека реализовать свое внутреннее отношение к миру. Что касается журналиста, то его свобода — это способность работать без внутреннего, а тем более внешнего цензора. Отсюда и возникает истинная свобода слова и истинная свобода прессы.

Насколько сейчас много такого рода свободных журналистов — трудно сказать. Мои личные наблюдения показывают, что, к сожалению, наши журналисты, действуя сегодня в определенных личных и социальных обстоятельствах, все больше теряют внутреннюю свободу. Вместе с тем без понимания этих обстоятельств нельзя уяснить, почему один человек считает себя свободным и действует в соответствии со своими внутренними убеждениями, а другой постоянно наступает на горло собственной песне.

Говорить о том, что будет через некоторое время, дело неблагодарное, и я просто хочу поделиться своим предчувствием. Саратовская пресса от всех этих бед, которые мы сейчас переживаем — и экономических, и нравственных, и отношения к нам читателей и т. д., — скоро не избавится. Не спасут нас и выборы (тем более скоро они будут проходить один день в году), не поможет и поддержка власти, если даже область примет закон о господдержке своих СМИ, то есть эта ситуация как бы зависла, и выхода из нее вроде бы нет. Поэтому итог или приговор, который можно будет произнести в адрес саратовских СМИ, может быть таков: большая часть информационного пространства Саратовской области сейчас принадлежит или государственной, или муниципальной, или областной законодательной власти. И эта ситуация усугубляется. Независимым изданиям, ценящим свободу, остается одно: продолжать борьбу за существование и стараться остаться самими собой. Если я журналист, если хочу остаться свободным человеком и журналистом, я, во-первых, попробую найти такое СМИ, где бы мог и реализовать свой порыв к свободе, и получить нормальную, достойную оплату своего труда. Если я редактор или учредитель, то постараюсь сделать все возможное, чтобы обеспечить выпуск газеты и оплату труда журналистам. Что главнее? Для журналиста важнее реализовать свою свободу. Для редакции, редактора, учредителя, конечно, главное — обеспечить производственный процесс выпуска СМИ.

К сожалению, экономическая ситуация и незрелость большинства наших журналистов, непрофессионализм привели к тому, что общество перестало верить не только власти, оно перестало верить и журналистам. Вот это — самый печальный итог из того, что мы пережили за это время: сейчас мало кто из тех, кто читает газеты, верит нам. Они действительно считают журналистов продажными, заказными и т. д. Все это на самом деле привело к тому, что в Саратове сейчас почти нет свободных независимых СМИ. Потому что почти нет свободных, независимых журналистов. И здесь мы переходим к самой большой проблеме современной журналистики, к ответу на вопрос: что такое гражданская журналистика и возможна ли она в обществе, которое еще не стало гражданским и не имеет в ближайшее время никаких шансов стать таковым, пока не создастся критическая масса подлинных граждан, то есть людей, озабоченных судьбой своего дома, города, страны.

Гражданская журналистика — это журналистика, чутко реагирующая на все потребности общества, улавливающая настроения всех его слоев, это, если хотите, общественный барометр. Вектор ее деятельности разнонаправлен: с одной стороны, она информирует граждан о том, как работает власть, существующая на деньги налогоплательщиков, то есть ими же нанятая. С другой стороны, гражданская журналистика анализирует процессы, происходящие в недрах общественной жизни — политической, экономической и т. д. С третьей стороны — обеспечивает обратную связь, давая общественным институтам возможность использовать прессу как рупор, обращенный и ко всему гражданскому сообществу, и к социальным институтам.

Предвижу возражения, которые я не раз слышал на всякого рода общественных форумах, где пресса последовательно обвинялась в отрыве от социальных нужд, в негражданственности и прочих смертных в отношении народа грехах. Многим кажется, что пресса должна быть служанкой общества, как в свое время была пропагандистом и агитатором у КПСС. Это великое заблуждение. Журналистика тогда станет гражданской, когда она увидит заинтересованность в ней общества, когда тиражи печатных изданий будут зависеть не от количества добытой редакциями рекламы и не от благосклонности учредителей, издателей и спонсоров, а от реальной читательской востребованности, выраженной в количестве подписчиков и в размере реализованной части тиража. Пока этого не будет, у общества, хотя бы и гражданского, не будет ни морального и никакого другого права требовать от прессы и журналистики, чтобы она именовалась гражданской.

И все же я полагаю, что у этой дилеммы есть хорошая перспектива для ее разрешения. Хотим мы или не хотим, но даже в сегодняшних условиях наступления на свободу слова, ликвидации реальной многопартийности, выстраивания так называемой вертикали государственной власти, замены всенародно избранных губернаторов наместниками президента, захвата чиновниками информационного пространства в глубинах общества зреют процессы, которые не сегодня завтра дадут себя знать и сметут сегодняшних хозяев жизни, в какие бы одежды они ни рядились — чиновничьи, депутатские или так называемых политических радетелей народа.

Задача журналистики — еще не гражданской, но сохраняющей признаки свободы и независимости — чутко улавливать эти тенденции, не давать им заглохнуть или, что еще хуже, превратиться в социально-разрушительную политическую силу, например красно-коричневого толка. На первый взгляд это небольшая задача, но именно отсюда, как я полагаю, пойдут и гражданская журналистика, и гражданское общество.

Адрес статьи на сайте:
http://www.bogatej.ru/?chamber=maix&art_id=0&article=23122005172202&oldnumber=329